В видении, которое у него было в детстве, Парамханса Йогананда видел себя стоящим на рыночной площади города в предгорьях Гималаев. День был жаркий, и пыльная площадь была полна убогими лавчонками, озабоченными покупателями и клянчащими нищими. Всюду сновали собаки. Обезьяны, крадучись, спускались с крыш, чтобы схватить что-нибудь съестное в лавках. Жалобно кричали ослы. Люди шныряли туда и сюда, нагруженные покупками, нахмуренные от забот и желаний.

Никто не выглядел счастливым.

Но время от времени кто-нибудь из бурлящей толпы останавливался около погружённого в транс мальчика, пристально глядя куда-то вдаль высоко над его головой. Через некоторое время в глазах каждого такого человека появлялось выражение невыразимой тоски. Потом он глубоко вздыхал и бормотал: " О, но это слишком высоко для меня," и, опустив глаза, снова сливался с мятущейся толпой.

После того, как подобный эпизод повторился несколько раз, Йогананда обернулся, чтобы увидеть, что же позади него столь сильно привлекало внимание людей. И там, он увидел возвышавшуюся над городом величественную гору, зеленевшую в безмятежной дали; полный контраст со всем в пыльном гуле и суете гнилого честолюбия. На вершине горы был большой, невыразимо прекрасный сад. Его лужайки были изумрудны, а цветы — самых разных оттенков. Мальчику страстно хотелось взойти на гору и попасть в тот восхитительный сад.

Но когда он подумал о трудности восхождения, в его уме сами собой возникли те же слова: “Это слишком высоко для меня!” Потом, обдумав эти слова, он с презреньем отверг их. "Может быть, она слишком высока для меня, чтобы покорить ее одним прыжком, — подумал он, — но хотя бы один шаг я могу сделать”. Даже если эта попытка будет неудачной, решил он, это будет во много раз лучше, чем продолжать жить в этой душной и пыльной витрине человеческой нищеты.

Шаг за шагом он начал подниматься, полный решимости. Наконец, он достиг вершины горы и вошел в прекрасный сад.

Для Мастера это видение символизировало обычные трудности каждого человека с высокими идеалами. Все люди, по-моему мнению, должны иногда испытывать раздражение от ограничений, которые накладывает на них тело, постоянно требующее средств к существованию и защиты. Человек инстинктивно стремится к жизни, свободной от соперничества и забот, от ненависти и жестокости. Увы, очень немногие подозревают, что такое состояние достижимо не во вне человека, а в нем самом, на самой высокой вершине духовного развития. А из тех, которые догадываются об этом, многие отворачиваются со вздохом: “Но это слишком высоко для меня!”. Немногие, к сожалению, вступают на этот путь всерьез! “Из тысячи, — говорит Кришна в “Бхагавад Гите”, — лишь один ищет Меня.”

Однако, этот путь не столь труден, если следовать по нему шаг за шагом. Как сказал Иисус, “Довольно для каждого дня своей заботы”. И, как часто говорил нам Парамаханса Йогананда, “Святой — это грешник, который никогда не сдавался”.

На духовном пути требуются мужество и самоотверженность, абсолютная уверенность в том, что только Бог может удовлетворить необоримое стремление души к истинному счастью. Те, кто вступает на путь, к которому со всей своей страстью и волшебным обаянием призывал Йогананда, ожидая встретить только блаженные видения, следуя по мягкой мшистой тропе, усыпанной цветами роз божественного утешения, падает духом, когда узнает, как часто Бог отдает предпочтение не розам и мху, но шипам. Однако для тех, кто стремится к цели увлеченно и преданно, следуя по этому пути спокойно и уверенно день за днём, никакое испытание не будет непосильным. Препятствия будут казаться благом, потому что дают силы, необходимые для достижения вершин.

В первые месяцы 1950 года я получил возможность кое-что узнать о духовных препятствиях. Мои испытания начались с нескольких недель невероятного вдохновения. Я был ободрен непродолжительным, относительно легким путешествием и бежал вперед со страстной надеждой навстречу неожиданному потрясению у подножия скалы.

Некоторое время после Рождественских каникул мои медитации были полны блаженства. Я помню, что однажды сказал Джиму Гаупту: " Если за оставшиеся годы моей жизни я не достигну чего-либо большего, чем сегодня в духовном плане, я буду удовлетворен”. Опасные слова! Бог не разрешает своим последователям слишком долго наслаждаться самонадеянностью.

Примерно через месяц нарастающей внутренней радости, в моем уме начали возникать коварные иллюзии. Сначала пришла гордость, чувство, что радость отделила меня от других; не в том смысле, что я считал себя лучше них, но в столь же ошибочном смысле отчуждения от внешних интересов, даже невинных. Это состояние сознания, которое приходило под личиной мудрости, порождалось духовной неопытностью. Верующий должен научиться видеть Бога вокруг также хорошо, как и внутри себя — особенно в добрых делах и в красивых вещах. Мир, в котором мы живем, есть мир Бога. Отвергать этот мир означает, в сущности, отвергать Его. За таким шагом следует гордыня, а с нею искушение приписать собственным заслугам вдохновение, которое получает человек.